Драма в семи действиях на сцене театра "Инсурхентес"

А.Медведев

          Совсем недавно, занимаясь в читальном зале Государственной библиотеки имени В.И.Ленина, я нашёл заметку, напечатанную в одной из французских спортивных газет накануне Олимпийских игр 1952 года. Эта заметка настолько любопытна, что я её процитирую.

          "Сообщение о том, что русские примут участие в Олимпиаде, — написал корреспондент, — в корне меняет соотношение сил в мировом тяжелоатлетическом спорте. Теперь взамен эры безраздельного господства штангистов США наступает эра соперничества между богатырями Америки и Советского Союза. Инициатива останется, по-видимому, у заокеанских атлетов, но побеждать им отныне будет всё труднее и труднее. Одним словом, предсказывать исход борьбы теперь труднее, а значит — интереснее."

          Как далеко ушли вперёд за эти годы любители "железной игры"... Теперь уже не может быть и речи о преобладании на помосте какой-то одной страны, снята с повестки дня и "дуэль гигантов". Штанга вырастила своих героев в СССР, Америке, Польше, Японии, Иране, Финляндии, Венгрии... Всех не перечислишь. Вот эта обстановка самого широкого "претендентства" на золотые медали, обстановка напряжённого и разностороннего соперничества, бурного роста результатов и новых имен была чрезвычайно характерна для периода, предшествовавшего олимпийским стартам в столице Мексики.

          Естественно, всё это требовало от наших спортсменов, от руководителей сборной, от всех, кто был связан с её жизнью, чётких, продуманных, строго рассчитанных действий. Неписаный закон: "Медали выигрываются на Олимпиадах, победы куются дома" — приобрёл в период между Токио и Мехико особый смысл.

          Сейчас, с позиций происшедшего, хочется особо подчеркнуть, что путь нашей сборной к олимпийской победе во многом обеспечило хорошее, всестороннее знание противника. Ещё задолго до решающих стартов нами была составлена картотека на всех вероятных претендентов в каждой из весовых категорий. С помощью Всесоюзного научно-исследовательского института физической культуры, спортивных редакций ТАСС и Агентства печати "Новости" наши тренеры систематически следили за событиями в каждой из весовых категорий и вносили соответствующие коррективы в планы физической, тактической и психологической подготовки сборной команды СССР.

          В процессе подготовки сборной широко применялись самые последние научные данные, первоклассная аппаратура, был глубоко изучен опыт выступлений атлетов на "предолимпийской неделе", налажены тесные контакты с медициной. Одним словом, подготовка к олимпийскому соревнованию была такой, какой и она должна быть, когда встаёт вопрос о престиже Отечества.

          Соревнования штангистов в Мехико кто-то из журналистов образно назвал драмой в семи действиях на подмостках театра "Инсурхентес". Если продолжать использовать это сравнение, то нужно отметить, что первый акт состоялся в воскресенье 13 октября и не принёс нам ни капли радости.

          Когда-то начальные весовые категории были козырем нашего тяжелоатлетического спорта. К сожалению, за последнее время успехи самых лёгких богатырей с эмблемой "СССР" на груди стали менее часты. Видимо, потерян вкус к поиску и воспитанию таких спортсменов.

          На предыдущих Олимпийских играх в Токио удачно выступил наш Алексей Вахонин. Но, во-первых, с тех пор прошло долгих четыре года, а во-вторых, Вахонин за нарушение режима и несерьёзную подготовку к состязаниям был выведен из состава команды.

          И всё же мы, тренеры сборной, перед началом соревнований атлетов легчайшей весовой категории (56 кг) сохраняли оптимизм. Дело в том, что за полтора месяца до стартов в Мехико наш первый номер, пермяк Геннадий Четин, установил мировой рекорд в сумме классического троеборья, показав 367,5 кг.

          Разведку мы вели тщательную и знали: такой результат гарантирует нам одну из медалей. Забегая вперёд, отмечу, что в данном случае парень из Перми не оправдал связанных с ним надежд. Он проиграл прежде всего самому себе, проиграл более 15 кг... Нужно ли его ругать? Думаю, нет. Геннадий первый раз попал на олимпийский турнир, первый раз оказался в обстановке такой жестокой борьбы, борьбы такого накала. И всё-таки, конечно, прояви он больше воли, окажись морально более закалённым — результат был бы совсем иным.

          Как же развёртывались события у "мухачей"? С первых же минут мы оказались в вихре бушующих страстей.

          Геннадий Четин начал своё выступление в жиме со 110 кг. Подъём такого веса всегда был для него буквально детской забавой. Однако на сей раз безрезультатными оказались и первый, и второй подходы. Запахло нулевой оценкой. Мы хлопотали вокруг неудачника.

          — Перегорел... Перегорел... — твердил Геннадий одно и то же.

          Да, действительно, Четин перегорел, переволновался, отдал слишком много моральных сил на "обдумывание ходов". Только в третьей попытке, собрав в кулак всю свою волю, наш атлет зафиксировал штангу. Иранец Мохаммед Нассири выжал 112,5 кг, поляк Хенрик Требицкий — 115 кг, а венгр Имре Фёльди — 122,5 кг. Как можно видеть, неудача на первом этапе постигла ещё одного фаворита: Нассири до этого меньше 120 кг никогда не показывал.

          В перерыве мы объяснили Четину, что ничего ещё не потеряно, что вся борьба впереди, что нужно просто продемонстрировать свои лучшие результаты в рывке и толчке — и отставание, скорее всего, будет ликвидировано.

          Но куда легче наставлять, чем выполнять. В рывке Геннадий сумел поднять лишь 102,5 кг (хотя уже несколько раз показывал в этом движении 107,5 кг) и, конечно, теперь уже потерял всякие шансы на призовое место, — ибо Нассири и Фёльди вырвали по 105 кг (это для них рекордные результаты), а Требицкий — 107,5 кг.

          Финал соревнований был действительно редким по накалу и драматизму. Для того чтобы понять всё до конца, давайте вернёмся в олимпийский Токио. Там в последнем подходе последнего движения троеборья Имре Фёльди толкнул 137,5 кг и установил тем самым новый мировой рекорд в сумме, и товарищи по команде унесли его на руках как победителя. И многие радиокомментаторы передали в эфир сообщение о том, что венгр стал чемпионом.

          Чем объяснялась такая поспешность? Да тем, что Вахонину, дабы обогнать Фёльди, необходимо было поднять 142,5 кг — вес, на 3 кг превышавший тогдашний мировой рекорд. Но советский атлет совершил это "чудо", и Имре остался на втором месте.

          После Токио казалось, что результаты Фёльди пошли на спад. Приехав летом 1968 года в Ленинград, знаменитый венгр набрал в сумме всего 350 кг. Многие тогда списали его с олимпийского счёта, ибо не верили, что он сможет вновь достичь хорошей физической формы. Но Имре Фёльди опроверг мнение скептиков: на мексиканском помосте он поднял в толчке 140 кг (это был его второй личный рекорд) и повторил в сумме мировое достижение нашего Четина — 367,5 кг. Товарищи вновь унесли Имре на руках, а комментаторы вновь передавали в эфир: "Фёльди чемпион. Он осуществил свою мечту". Должен признаться, что я тоже был среди тех, кто считал, что венгр уже победил. Ведь для того чтобы догнать его, иранцу Нассири необходимо было толкнуть чудовищный вес, намного превышавший мировой рекорд, — 150 кг. Понимаете, что это такое — поднять штангу, вес которой почти втрое превышает твой собственный? В такое просто не верилось.

          Но тем-то и прекрасен спорт, что очень часто он разрушает наши стереотипы, наши представления о возможном. Нассири поднял этот вес. Он догнал Фёльди и, оказавшись всего на несколько сот граммов легче венгра, "вырвал" из его рук золотую медаль.

Взвешивание рекордной штанги
Взвешивание рекордной штанги

          Мировая пресса уделила очень много внимания этому поединку. Выступали даже люди, сожалевшие, что нельзя поделить "золото" Олимпиады между Фёльди и Нассири. "Оба они, — писала мексиканская спортивная газета, — продемонстрировали выдающиеся бойцовские качества, показали себя олимпийцами в самом высоком, самом благородном смысле этого слова".

          К подобным словам нельзя не присоединиться. Иранец и венгр показали образец настроя на решающую борьбу. Третье место с хорошим для себя результатом — 357,5 кг — занял представитель Польши Xенрик Требицкий.

Нассири, Фёльди, Требницкий и Мартин

          Уютный зал театра "Инсурхентес" был заполнен до отказа: многочисленные зрители пришли посмотреть, как будут выступать знаменитые братья Мияке — двадцатидевятилетний Иосинобу и двадцатитрёхлетний Иосиюки. Пресса заранее отдала им "золото" и "серебро". Что же, эта была действительно грозная пара. Ведь старший Мияке не знал поражений на мировом помосте вот уже шесть долгих лет. Он был обладателем золотой олимпийской медали и почти всех мировых рекордов. В этой же полулёгкой весовой категории (60 кг) выступали очень сильные поляки Ян Войновский и Мечислав Новак, а также иранец Насролла Дехнави. С ними-то и предстояло вести борьбу нашему замечательному атлету Дито Шанидзе.

          Ещё на тренировочных сборах я с нескрываемым любопытством и удовольствием наблюдал за этим спортсменом. Мы называем его чемпионом мира среди штангистов по... подвижности. Дито буквально минуты не может устоять на месте, всё время прыгает, приседает, кувыркается. В детстве, а потом и во время службы в армии он увлекался футболом, был нападающим в очень сильной команде мастеров, его даже приглашали в ЦСКА. Но, вернувшись в свой родной Кутаиси, Дито заинтересовался штангой. Ему тогда было уже 25 лет. Под руководством сначала Бондо Кучухиадзе, а затем известного в прошлом мастера тяжёлой атлетики Мамии Жгенти за пять лет Дито вырос в атлета самого высокого уровня. И вот он добился права выступать на олимпийском помосте.

          Борьба здесь сразу же приобрела чрезвычайно острый характер. В жиме лидерство захватили братья Мияке. Оба они подняли по 122,5 кг. Шанидзе в своей третьей, последней попытке осилил 120 кг. Он мог бы выжать и 125 кг, но необдуманно потратил два подхода на 115 кг (Шанидзе уже поднимал 125 кг летом 1968 года на соревнованиях в Хельсинки). Впрочем, хорошо было хотя бы то, что на первом этапе Шанидзе выполнил задачу-минимум — обошёл на 2,5 кг поляков и оставил позади себя иранца.

          Исключительно остро прошли состязания в рывке. Мировой рекордсмен здесь — Иосинобу Мияке. Но даже этот "человек без нервов" начал очень волноваться, не смог показать своего лучшего результата и остановился на 117,5 кг. Точно такой же вес поднял и наш Дито. Младший брат из японского дуэта вырвал только 115 кг. И Шанидзе, таким образом, догнал его, попутно ещё больше увеличив отрыв от поляков. Стало ясно, что медали будут разыгрываться между представителями японской и нашей команды и что всё решится в последнем движении — толчке. Нужно ли напоминать о том, что положение нашего атлета оказалось чрезвычайно сложным: ведь борьба требовала особой собранности и величайшей бдительности.

          Младший Мияке закончил состязание в толчке на весе 147,5 кг. Чтобы закрепиться на втором месте, Шанидзе заказал 150 кг и уверенно толкнул этот вес. У Иосиюки в сумме набралось 385 кг, у Шанидзе — 387,5 кг. Серебряная медаль уже была выиграна. А может быть... Но все наши надежды разбил старший из братьев Мияке — Иосинобу. Он отлично толкнул 152,5 кг, повторив тем самым мировой рекорд американца Исаака Бёргера, и по праву завоевывал золотую олимпийскую медаль — вторую за свою жизнь.

          После окончания состязаний Дито был очень огорчён, говорил, что мог сделать больше. Вероятно, всё так и есть. Тем не менее, мы, тренеры, поставили ему за выступление на олимпийском помосте полноценную пятёрку: Шанидзе боролся как настоящий спортсмен и свою задачу выполнил замечательно.

          Третий акт драмы в театре "Инсурхентес" прошёл без участия наших спортсменов. Поединки атлетов лёгкой весовой категории (67,5 кг) закончились убедительной победой поляка Вальдемара Башановского. Его сумма — 437,5 кг. Оказавшийся на втором месте иранец Парвиз Джалаер проиграл чемпиону ровно 15 кг. Можно с полным основанием утверждать, что наш старый друг Башановский поистине великий спортсмен. Третье место занял Мариан Зелинский с суммой 420 кг. Интересно, что Мариан набрал ту же самую сумму, что и в Токио, и занял то же место, какое имел и там.

          В Виктора Куренцова мы все верили абсолютно. За последние два года он зарекомендовал себя рыцарем без страха и упрёка, бойцом с железной волей, человеком, не знающим, что такое самодовольство, самоуспокоенность, что такое благодушие. За последние годы он двадцать две поправки в таблицу мировых рекордов. В наше время это подвиг — такое под силу лишь настоящим спортивным гигантам.

          Однако не думайте, что выступление Куренцова на мексиканском помосте проходило безоблачно. Нет, оно доставило всем нам — и участникам, и зрителям — массу волнений. Был такой момент, когда казалось, что всё, чему Виктор посвятил долгие, трудные годы, отделяющие одну Олимпиаду от другой, полетит в тартарары. Впрочем, расскажу обо всём по порядку.

          Упражнение в жиме Куренцов выполнил безукоризненно и, если употреблять школьную терминологию, заслужил пятёрку — ведь, подняв 152,5 кг, он прочно захватил лидерство. Казалось, ничто не может омрачить настроение ни самому спортсмену, ни его тренеру Ивану Макаровичу Муромцеву.

          Но тут началось второе движение классического троеборья — рывок. Виктор стал настраиваться на первый подход к весу 135 кг. Хорошо размявшись и получив доброе напутствие от старшего тренера сборной команды СССР Аркадия Никитовича Воробьёва, наш атлет вышел на помост. Казалось, всё было сделано точно, но снаряд почему-то полетел у Виктора за голову. Неприятно.

          Мы постарались разобраться в случившемся. Аркадий Никитович, обладающий особо метким глазом, определил некоторые неточности в положении спины во время подрыва и обратил на них внимание Куренцова. Виктор вновь подошёл к штанге. Он был очень серьёзен и держался совершенно спокойно. Однако безрезультатной оказалась и вторая попытка Куренцова. Трибуны оживились, кое-кто задвигался и в ложе прессы: в воздухе вновь запахло нулём для участника нашей команды.

          Нужно ли описывать, что творилось в эти минуты в душах тренеров и что испытывал сам спортсмен? Но в разминочной мы сумели не показать друг другу своего волнения. Напротив, Аркадий Никитович Воробьёв (это был, по-моему, хороший психологический ход) обронил несколько слов насчёт того, что небольшая остановка в рывке не помешает Виктору набрать хорошую сумму. От атлета требовалась в ту минуту величайшая собранность, решимость, железная воля.

          И в своей третьей попытке Куренцов в полной мере проявил все эти замечательные качества советского спортсмена: штанга послушно замерла на его выпрямленных крепких руках. А потом Виктор осторожно опустил её на помост, словно желая показать, что подъём веса, в сущности, никакого труда для него не представлял и что все волнения были напрасны. Это умение в решающую минуту сохранить невозмутимость и полное хладнокровие тоже очень характерно для нашего спортсмена.

          Ещё держа вес над головой, Куренцов приветливо улыбнулся публике. Трудно передать, что творилось в это мгновение на местах для зрителей. Восторженные мексиканцы, искренне переживавшие за нашего атлета, присоединились к многоголосому хору советских туристов, и несколько тысяч человек принялись дружно скандировать имя, ставшее им всем близким:

          — Ви-тя! Ви-тя!

          Роковая точка была пройдена. В толчке наш богатырь установил новый мировой рекорд — 187,5 кг — и уверенно вышел на первое место с отличной суммой — 475 кг. Если не считать той заминки, о которой я написал, то его выступление было великолепным, исполненным редкой красоты, а преимущество перед соперниками — поистине подавляющим. Достаточно отметить, что серебряный призёр двадцатипятилетний японский студент Масахи Оути отстал от нашего олимпийского чемпиона на целых 20 кг.

          "Советский штангист Виктор Куренцов, — написала одна из спортивных газет Мексики, — известен нашим людям по своим великолепным выступлениям на предолимпийских соревнованиях. Теперь он ещё раз подтвердил, что не имеет себе равных в мире. Мы отдаём должное его великому умению долго и решительно сохранять своё преимущество, не только закреплять достигнутое, но и неизменно идти вперёд, показывая всё более и более поразительные результаты. Это подлинный герой мирового спорта".

          Да, спортсмена из Подмосковья, комсорга сборной СССР по тяжёлой атлетике, заслуженного мастера спорта Виктора Куренцова без всякой натяжки можно назвать героем.

Куренцов

          Атлету средней весовой категории (82,5 кг) ленинградцу Борису Селицкому недавно исполнилось 28 лет. Он вошёл в нашу сборную после юбилейной Спартакиады народов СССР, на которой выиграл звание чемпиона в своём весе. Студент Ленинградского института железнодорожного транспорта, Селицкий ещё до состязаний в Мехико показал свой твёрдый характер.

          Соревнования средневесов на олимпийском помосте вылились, по существу, в домашний спор между Селицким и его товарищем по команде киевским армейцем Владимиром Беляевым. Беляев — это, бесспорно, выдающийся атлет. На чемпионате мира в Берлине в 1966 году он выиграл золотую медаль и установил новый мировой рекорд — 485 кг. Потом Беляев заболел, а поправившись, уже ни разу не смог даже приблизиться к своему рекордному результату. Казалось, всё было потеряно, но Беляев всё-таки нашёл достаточно силы и воли, чтобы восстановить прежнюю физическую форму.

          Жим Беляев начал более уверенно, чем Селицкий, подняв 147,5 кг с первой попытки. Селицкий же потратил два подхода на 150 кг и остановился на этом весе: судейская тройка совершенно необоснованно не засчитала Борису жим 155 кг. В итоге упорнейшей борьбы места распределились после окончания жима следующим образом: первым оказался молодой атлет из ГДР Карл Арнольд — 155 кг, Беляев отстал от него на 2,5 кг, по 150 кг подняли Селицкий, Озимек и Вереш.

          Началось второе движение — рывок. Арнольд закончил его на 135 кг. Озимек и Вереш взяли по 140 кг. Результаты Селицкого и Беляева — по 147,5 кг. Они оторвались от соперников, и всем стало ясно, что при доминирующем положении в толчке советских атлетов "золото" Олимпийских игр будет разыграно между ними. Но вот кому оно достанется?

          Перед толчком двумя руками впереди на 2,5 кг был Беляев. Но согласно жеребьёвке Селицкий должен был выступать после него. Это усложняло задачу Беляева.

          Оба наших спортсмена начали с чёткого подъёма 180 кг. На весе 182,5 кг "сошли с дистанции" Вереш и Озимек. Последний обеспечил себе "бронзу". Во второй своей попытке Беляев зафиксировал 185 кг, а Селицкий, не взяв во втором подходе этого веса, пошёл на 187,5 кг. Риск? Да. Но в спорте, в ошеломительном современном спорте почти невозможно побеждать, чем-то не рискуя. В данном случае риск оказался вполне оправданным: вес покорился Селицкому.

          А что же Беляев? Всё ломали головы: на какой вес он пойдёт? Вот где должна была сыграть свою роль удачная жеребьёвка. Для победы Беляеву достаточно было всего лишь повторить результат Селицкого в толчке. Но, увы — Владимир пропустил этот вес и уже не имел права подходить к нему после Бориса. Ничего не поделаешь, ему пришлось заказывать больший вес. На штангу установили 190 кг. Эту громаду Беляев уже фиксировал в 1966 году в Берлине, и завоевал тогда звание чемпиона мира. Но на сей раз его постигла неудача.

          В итоге Беляев повторил свой же мировой рекорд — 485 кг — и показал одинаковый результат с Селицким. А поскольку Селицкий оказался на 300 г легче своего соперника, то золотая медаль по праву была отдана ему.

Беляев и Селицкий

          Отчётливо помню, какое поистине ошеломляющее впечатление произвели на штангистское сообщество в середине пятидесятых годов выдающиеся результаты американского тяжеловеса Пауля Андерсона, перешагнувшего тогда в сумме троеборья рубеж 500 кг — 512,5 кг. Газеты всего мира писали, что потребуется много лет — а может быть, даже и десятилетия, — пока другие спортсмены сумеют приблизиться к этим килограммам.

          Но жизнь часто доказывает нам, что она смелее и решительнее полёта самой, казалось бы, фантастической мечты. И вот уже не только тяжеловесы, но и представители полутяжёлой весовой категории (90 кг) перешли былой "космический" рубеж. Первым в мире это сделал наш замечательный атлет, представитель Советской Эстонии Яан Тальтс. Почти год он чувствовал себя недосягаемым. И вдруг на мировой арене в этой весовой категории появились ещё два гиганта — швед Бу Юханссон и финн Каарло Кангасниеми. Они как-то неожиданно, но тоже вполне уверенно перешагнули пятисоткилограммовый рубеж и почти вплотную приблизились к Тальтсу.

          Поскольку дело происходило накануне олимпийских баталий, Тальтсу очень важно было получить ощутимое психологическое преимущество перед соперниками. И вот на чемпионате Европы в Ленинграде советский спортсмен, выступая рядом с финном, установил новый мировой рекорд в сумме — 512,5 кг. Посланец из страны Суоми уступил здесь нашему атлету, причём уступил значительно. Но это, как выяснилось, было всего лишь следствием того, что наш северный друг вёл подготовку к Олимпийским играм по заранее намеченному строгому плану, от которого его не мог отвлечь даже чемпионат континента. Вернувшись домой, Каарло начал штурм рекордов и дважды превысил результат Тальтса в сумме, доведя его до грандиозной величины — 522,5 кг. Стало ясно, что борьба за "золото" в Мексике развернётся между этими двумя штангистами.

          Увы, в реальности никакой борьбы не получилось. Эстонский атлет в жиме остановился на 160 кг (хотя его лучший результат в этом движении на 10 кг больше), а финн показал 170 кг. Всё было фактически решено сразу. Тем более, что в рывке полицейский 1 из Суоми установил новый мировой рекорд (158 кг) и ещё больше оторвался от нашего Яана, поднявшего только 150 кг. В итоге финн стал первым с новым олимпийским рекордом — 517,5 кг. Тальтс завоевал лишь серебряную медаль — 507,5 кг, — но под занавес порадовал всех новым рекордом мира в толчке — 197,5 кг, отыграв тем самым у своего грозного соперника целых 10 кг. Ах, если Яан не сдал бы так в жиме... Но теперь сожалеть об этом уже бесполезно.

Яан Тальтс

Каарло Кангасниеми

          Меня часто спрашивают в последнее время: чем можно объяснить проигрыш Тальтса? Ну, конечно же, прежде всего силой его финского соперника. Кангасниеми показал себя великолепным бойцом, ярким и самобытным талантом. Он ещё не сказал своего последнего слова. Но у проигрыша Тальтса имеются и другие причины. Прежде всего, как мне кажется, в последнем поединке с Кангасниеми очень сильное влияние на Яана оказал психологический фактор: ведь наш спортсмен долгое время был единоличным лидером, лидером бесспорным, и рекорды финна грянули как гром с ясного неба. Они не могли не возыметь своего действия. Ну и, наконец, есть ещё одно немаловажное обстоятельство: Ян Тальтс очень предрасположен к набору веса, ему всё время приходится ограничивать себя в еде (и это при его-то нагрузках!), а иногда и заниматься сгонкой веса.

          Нужно также отметить большой успех польского атлета Марека Голомба, сумевшего в исключительно острой, драматической борьбе занять третье место (495 кг), оставив за собой грозного Бу Юханссона (492,5 кг). В зачётную шестёрку пробился и ещё один финский атлет — Яакко Кайлаярви (485 кг), что свидетельствует о значительно улучшившихся позициях скандинавских атлетов в этой весовой категории.

          Состязания представителей самой тяжёлой весовой категории, в отличие от Рима и Токио, прошли при нашем подавляющем превосходстве: вторую золотую олимпийскую медаль завоевал армеец Леонид Жаботинский, повторивший свой токийский результат — 572,5 кг. Нужно отметить и успех бельгийца Сержа Рединга (555 кг), набравшего одинаковую сумму с американцем Джоном Дьюбом (Дьюб опередил бельгийца благодаря меньшему собственному весу). И, конечно, нельзя не похвалить Рудольфа Манга, восемнадцатилетнего тяжеловеса из ФРГ, набравшего в сумме троеборья 525 кг.

          В целом в Мехико наша команда выступила успешно и вновь доказала, что является сегодня сильнейшей в мире. Тяжелоатлеты положили в копилку Родины три золотые и три серебряные медали. Этому нельзя не радоваться, этим нельзя не гордиться.

Дружина богатырей

          И тем не менее обольщаться достигнутым ни в коей мере не следует. Нужно уже сейчас обеспокоиться тем, что за передовым отрядом наших штангистов пока не видно настоящих резервов, не видно вторых Жаботинских, Куренцовых, Тальтсов. А они нужны, очень нужны. Это заставит наших лидеров работать ещё напряжённее, это даст нам возможность добиваться ещё более серьёзных и убедительных побед на мировой арене.

От составителя

          Вот два отрывка из начала и из конца текста Медведева:

          "...Теперь уже не может быть и речи о преобладании на помосте какой-то одной страны, снята с повестки дня и "дуэль гигантов". Штанга вырастила своих героев в СССР, Америке, Польше, Японии, Иране, Финляндии, Венгрии... Всех не перечислишь. Вот эта обстановка самого широкого "претендентства" на золотые медали, обстановка напряжённого и разностороннего соперничества, бурного роста результатов и новых имен была чрезвычайно характерна для периода, предшествовавшего олимпийским стартам в столице Мексики."

          "В целом в Мехико наша команда выступила успешно и вновь доказала, что является сегодня сильнейшей в мире. Тяжелоатлеты положили в копилку Родины три золотые и три серебряные медали."

          Судя по всему, к концу сочинения своего текста Алексей Сидорович просто забыл то, о чём написал в его начале ("Теперь уже не может быть и речи о преобладании на помосте какой-то одной страны", но одна страна, завоевавшая почти половину всех медалей, почему-то всё же "вновь доказала, что является сегодня сильнейшей в мире").

          А вот такую подборку лиц штангистов Алексей Сидорович додумался поместить в качестве иллюстраций к своей статье об олимпийском соревновании. Данной подборке, видимо, больше всего должно подойти название "Лица Олимпиады".

Страдальцы от запора

Жертвы дезинтерии


  1 Каарло Кангасниеми работал только охранником в школе и никогда не был полицейским. стрелка вверх


[на главную страницу]

Архив переписки

Форум


 

Free counters!