Против бестолковщины


Влияние притяжения муде к бороде на формирование навесов из лапши на ушах

          Свою статью "Влияние притяжения Земли на формирование живых организмов и их силовые качества" Владлен Каневский, кандидат педагогических наук, старший научный сотрудник Лаборатории фундаментальных проблем теории физической культуры и технической подготовки, закончил следующими словами:

          "Предлагаемая теория о существовании гравитационного иммунитета человека и животных может быть одним из общих законов биологии."

          На чём же основаны столь масштабные надежды, столь грандиозные притязания кандидата наук Каневского? Судя по всему, только на его дремучем невежестве. Увы, Владлен Каневский по большинству затронутых им вопросов не имеет даже самых элементарных знаний.

          Вот первая цитата из его статьи:

          "Согласно первому закону Ньютона F = m·a. Вне сферы притяжения Земли, если ускорение a = 0, то есть тело находится в покое или равномерном движении, величина силы F = m."

          На самом деле, согласно одному из известнейших правил арифметики, результатом умножения какой-либо величины на ноль всегда является тот же ноль, а вовсе не какое-то положительное и большее нуля число "m", соответствующее значению массы тела. То бишь если "a" равно нулю, то "F" равно тоже нулю, а вовсе не "m".

          Вот вторая цитата из статьи Каневского:

          "Величина силы, обеспечивающей максимальную высоту прыжка верх, соответствует величине максимальной скорости в момент отталкивания от поверхности Земли.

          Но максимальная скорость отталкивания не может быть больше 9,8 м/сек, так как в момент отталкивания от поверхности Земли и при преодолении её силы притяжения ускорение центра масс равно 0. А так как ускорение является второй производной перемещения, то остается только первая производная — скорость V = 9,8 м/сек. Это максимальная скорость, которую нервно-мышечная система может обеспечить при максимальной силе мышечных сокращений. Способность к такой потенциально-максимальной силе и формируется природой в центральной нервной системе (ЦНС) организма любого животного для противодействия гравитационному притяжению Земли и её предельная величина соответствует скорости отталкивания вертикально вверх, то есть V = 9,8 м/сек."

          Во-первых, почему вот это своё рассуждение

          "Но максимальная скорость отталкивания не может быть больше 9,8 м/сек, так как в момент отталкивания от поверхности Земли и при преодолении её силы притяжения ускорение центра масс равно 0. А так как ускорение является второй производной перемещения, то остается только первая производная — скорость V = 9,8 м/сек."

Владлен Каневский отнёс в итоге только к живым существам? Ведь данное достаточно отвлечённое рассуждение Каневского имеет очень общий, всеохватный, чисто физический характер, то есть оно, по идее, должно быть распространено вообще на все объекты, тем или иным образом отталкивающиеся от поверхности Земли. Другими словами, оно должно касаться поведения не только живых, но также и неживых объектов. И тогда получается, что с силой ударенный об пол упругий мяч не может иметь при отскоке скорость выше 9,8 м/сек (то есть он не может отскочить от пола выше, чем на 5 метров) — с какой бы скоростью им ни запустили в пол. Равным образом, выпущенная вертикально вниз из винтовки пуля, отскакивая от бронеплиты вверх, согласно концепции Каневского, тоже почему-то должна потерять почти всю свою скорость — ведь "в момент отталкивания от поверхности Земли и при преодолении её силы притяжения ускорение центра масс" пули тоже "равно 0. А так как ускорение является второй производной перемещения, то остается только первая производная — скорость V = 9,8 м/сек."

          На самом же деле ничего из придуманного Каневским не происходит: пули могут упруго отражаться от преграды со скоростями до несколько сотен метров в секунду.

          Во-вторых, набор телом скорости осуществляется, конечно же, вовсе не в самый последний "момент отталкивания", когда "ускорение центра масс равно 0", а потому сосредоточивать всё внимание на этом пограничном "моменте" при решении вопроса о наборе телом скорости нет никакого смысла — особенно, физического.

          В-третьих, лишено какого-либо смысла, осмысленности и само использование Каневским такого математического инструмента, как производная. Взятие производных первого порядка, конечно, и в самом деле практикуется для отыскания экстремумов (то есть минимумов и максимумов) математических функций. Соответственно, задача нахождения максимально возможной скорости отталкивания вроде бы и в самом деле допускает применение для её решения взятия производной. Однако всё дело в том, что при нахождении экстремумов функции используется такая особенность производной первого порядка, что в точках экстремумов она всегда равна нулю. Каневский же "нашёл" такой странный "экстремум" функции, в котором производная первого порядка представляет собой не ноль, а "V = 9,8 м/сек".

          Вот третья цитата из статьи Каневского:

          "Простые расчеты показывают, что если содержание мышечной массы тела около 50%, то максимальная скорость отталкивания при прыжке вверх не может быть больше 4,9 м/сек, а из этого следует, что максимально возможная высота прыжка вверх не может быть больше 122 см для любого животного на Земле, в том числе для человека."

          Что же за загадочные "простые расчеты" имеет здесь в виду Каневский? Судя по всему, речь у него идёт о прямо пропорциональном уменьшении величин: до скольких процентов уменьшается содержание мышц в общей массе тела, до стольких же процентов должна уменьшиться и начальная скорость прыжка вверх (по сравнению с "предельной"). Соответственно, если на основании этих представлений Каневского продолжить делать "простые расчеты" скорости отталкивания, то получится, что при содержании мышечной массы на уровне 25% "максимальная скорость отталкивания при прыжке вверх" составит 25% от 9,8 м/сек, то есть 2,45 м/сек, при содержании мышечной массы на уровне 10% она составит 0,98 м/сек и т.д. Похоже ли это на реальность? Ничуть. Ведь при очень низких значениях содержания мышечной массы отрыв тела от поверхности Земли уже вообще не произойдёт, то есть достаточно большое существо с содержанием мышечной массы на уровне ниже 10% не сможет уже даже просто ползать.

          При более-менее нормальных подсчётах скорости отталкивания для прыжка вверх (тут, правда, приходится игнорировать такие сильно всё усложняющие факторы, как неравномерность величины усилия в процессе разгона при выпрыгивании, укорочение пути разгона при уменьшении силы, так называемое "соотношение Хилла", "неоднородность" поведения тела в процессе прыжка — пока корпус разгоняется, ноги частично остаются на месте и пр.) в случае двукратного уменьшения содержания мышечной массы выясняется, что основным параметром, влияющим на изменение скорости отталкивания, является длина разгона тела: чем эта длина разгона больше (или, обратным образом, чем меньше изначальное разгонное ускорение), тем значительнее оказываются потери скорости выпрыгивания при двукратном уменьшении содержания мышечной массы.

          Например, при длине предпрыжкового разгона в 20 см двукратное уменьшение содержания мышечной массы приведёт к уменьшению скорости выпрыгивания с 9,8 м/сек до 6,785 м/сек, при длине предпрыжкового разгона в 100 см скорость выпрыгивания уменьшится до 6,18 м/сек, а при длине разгона около пяти метров после двукратного уменьшения мышечной массы тело уже вообще не сможет оторваться от земли.

          Таким образом, все дальнейшие рассуждения и все формулы Владлена Каневского, построенные на основании его "простых расчетов", являются заведомо ошибочными.

          Вот четвёртая цитата из статьи Каневского:

          "Согласно данным Х.Ральстона (1949) такое соотношение выражено в виде графика на рис. 1 и получено в экспериментах на большой грудной мышце человека. Подобные результаты получены А.Хиллом (1950) в экспериментах с изолированной мышцей лягушки, которую раздражали электрическим током, измеряя при этом величины проявленной силы и скорости.

          Это свидетельствует о единой природе взаимосвязи силы и скорости при работе мышц у всех живых организмов, находящихся в поле притяжения Земли. Следует также вывод, что сама физиологическая структура работы мышцы и система её управления сформировались в процессе эволюции живых организмов на Земле, прежде всего, под влиянием притяжения Земли и для противодействия этому притяжению для того, чтобы живые организмы могли успешно функционировать на поверхности Земли."

          Кандидату наук Каневскому следовало бы знать, что поскольку жизнь на Земле зародилась в океане, в воде, где и сегодня почти все живые существа находятся в состоянии своеобразной "невесомости", то до выхода на сушу всем подвергавшимся воздействию эволюционного отбора живым существам мышцы были нужны вовсе не для противодействия притяжению Земли, а просто для передвижения, для преодоления сопротивления среды при передвижении.

          Ещё раз: до тех пор, пока некоторые живые существа не вышли на сушу из воды (данный выход произошёл примерно через миллиард лет после зарождения жизни в океане), проблема противодействия силе земного притяжения ни перед одним живым существом даже не стояла, и уже неплохо сформированная у водных жителей мускулатура (некоторые рыбы на 70% состоят из мышц) была рассчитана вовсе не на борьбу с гравитацией.

          И ещё раз: "физиологическая структура работы мышцы и система её управления сформировались в процессе эволюции живых организмов на Земле" вовсе не "под влиянием притяжения Земли и" отнюдь не "для противодействия этому притяжению". Живущие в воде существа притяжение Земли почти не чувствуют, они в воде находятся по большей части во взвешенном состоянии и потому какие-либо особые усилия для преодоления притяжения Земли им не требуются. Равным образом, "данные Х.Ральстона (1949)" и "результаты, полученные А.Хиллом (1950)", вопреки уверениям Каневского, вовсе не свидетельствуют "о единой природе взаимосвязи силы и скорости при работе мышц у всех живых организмов, находящихся в поле притяжения Земли".

          Вот пятая и шестая цитаты из статьи Каневского:

          "Современные человекообразные обезьяны и другие животные (за исключением домашних) также превосходят человека в мышечной силе, даже имея меньший собственный вес." "Домашние животные значительно уступают своим диким родичам в силе, в связи с небольшой в этом необходимостью."

          Просто мелкое уточнение: Каневский пребывает в полной убеждённости, что абсолютно все домашние животные растеряли скоростно-силовые качества своих диких предков. Однако в реальности дело с потерей домашними животными скоростно-силовых качеств обстоит несколько иначе — такие домашние животные, как скаковые и рабочие лошади, борзые собаки и т.д. свои скоростно-силовые качества в результате целенаправленного искусственного отбора только увеличили.

          Вот седьмая цитата из статьи Каневского:

          "Иначе обстоит этот вопрос в природе у диких животных. Так как их интеллект ниже, чем у человека, в основном примерно одинаковый и базируется на инстинктах, то решающим фактором в получении предельных силовых проявлений является только собственный вес животного. Чем больше вес животного, тем большие силовые возможности позволяют ему противостоять другим животным в борьбе за существование между собой и с силами природы."

          Ещё парочка мелких поправок к биологическим познаниям кандидата педагогических наук: во-первых, на инстинктах базируется интеллект вообще всех имеющих его (интеллект) животных — в том числе и человека, а во-вторых, увеличение веса тела выше определённого уровня начинает приносить животному уже вред, его силовые возможности от избыточного веса (даже чистых мышц) уже только падают.

          Восьмая цитата из статьи Каневского:

          "Пол Эндерсон (США) в 1955 году выполнил полуприседания с весом 900 кг и сделал тягу штанги до колен с весом 1600 кг. Луи Сир (Канада) выполнил становую тягу до полного выпрямления ног и спины со штангой весом 669 кг... Эти достижения были в свое время зафиксированы специалистами и свидетелями-журналистами."

          Неправдоподобность, сказочность этих сообщённых Каневским сведений даже не нуждается в особых разъяснениях (см., кстати, по данному поводу http://www.shtanga.kcn.ru/perepiska/readmsg.php?id=487&pid=0&days=10000&js=1&lang=ru). Что же касается ссылок на неких неизвестных, но, видимо, чрезвычайно авторитетных "специалистов" и "свидетелей-журналистов", то последние, скорее всего, занимают место в одном ряду со свидетелями "рекордов" В.И.Дикуля.

          Девятая цитата из статьи Каневского:

          "Сравнение ω штангистов-тяжеловесов и атлетов более лёгких весовых категорий показывает, что по этому показателю рекордные результаты отличаются ненамного, не более чем на 4,5%, что говорит о примерном равенстве их относительной силы. Штангисты тяжёлого веса имеют высокий рост (190 см и более), и поэтому им приходится поднимать штангу с большей конечной скоростью и на большую высоту."

          В предыдущей своей статье "Зависимость абсолютной и относительной силы тяжелоатлетов от весовых категорий", напечатанной в первом номере журнала "Олимп" за 2003 год, Владлен Каневский сделал попытку сконструировать нечто вроде новой системы оценивания тяжелоатлетических результатов. К сожалению, наряду с некоторыми правильными представлениями о том, как нужно подходить к этому делу (данные представления, в общем-то, очевидны и далеко не новы — см. "Олимп" № 1 за 1999 год, стр. 14-15, или pis4.htm), Каневский продемонстрировал также и ошибочные взгляды на проблему оценки тяжелоатлетических результатов. Он, судя по всему, не понимает, что корректная, корректно сформированная система оценивания тяжелоатлетических результатов должна оперировать только теми величинами, которые фигурируют в общепринятых правилах соревнований — то есть она должна оперировать только весом штанги и весом тела атлета. Остальные влияющие на величину тяжелоатлетического результата факторы (а им несть числа) — от лукавого, они не должны учитываться системами оценивания.

          Каневскому кажется, что помимо веса штанги и веса тела атлета следует ещё каким-то образом (каким конкретно — Каневский никак толком не объясняет) обязательно принимать во внимание ещё и рост атлета, а также связанную с этим самым ростом некую "удельную мощность". Каневский рассуждает примерно следующим образом: разве атлеты тяжёлых весовых категорий не превосходят в среднем своим ростом атлетов лёгких категорий? Ну так вот, мол, и давайте тогда обязательно учитывать данный факт, ведь более высоким атлетам приходится не только поднимать штангу на существенно большую высоту, но также ещё и расходовать на каждый сантиметр таких подъёмов больше сил, ибо штангу им приходится разгонять до более высоких скоростей, которые в соответствии с соотношением Хилла приводят к уменьшению прикладываемой силы.

          Однако если продолжить практиковать подобный подход, то при выставлении атлету оценки за его результат нужно будет учитывать также ещё и опытность-неопытность его тренера, техничность-нетехничность самого атлета, его захимиченность-незахимиченность, его везение-невезение и т.д. — то есть вообще все те факторы, от коих зависит тяжелоатлетический результат.

          Так что на самом деле все рассуждения Каневского про "высокий рост (190 см и более)" штангистов "тяжёлого веса", которым "поэтому... приходится поднимать штангу с большей конечной скоростью и на большую высоту" являются следствием всего лишь его недопонимания существа проблемы. А правильный подход к данной проблеме таков: никто не заставляет штангистов тяжёлого веса быть выше штангистов лёгкого веса. Судьи на соревнованиях не предъявят никаких претензий атлету, имеющему при собственном весе, например, 200 кг рост, например, 100 см. "Поднимай штангу на прямые руки, малыш, не "играй" локтями, не касайся ими коленей и т.д.", — вот и всё, что могут потребовать судьи от подобного супертяжеловеса. А в отношении того, что такой супертяж не соответствует неким привычным для всех нас весо-ростовым параметрам, они никакого недовольства не проявят. Ибо такое недовольство не предусматривается правилами соревнований, противоречит им. Атлет может иметь любой рост, любого тренера, любой уровень везения, любое место жительства и т.п. — это его проблемы. Судей же как гарантов соблюдения имеющихся правил интересует только собственный вес атлета (по этому весу его уравнивают с соперниками) и показанный им результат (по этому результату его отличают от соперников, дают ему определённую оценку, определённое место). Соответственно, и корректно сформированной системе оценивания (которая, фактически, просто позволяет справедливо подводить к единому знаменателю собственные веса разных атлетов) нет никакого дела до посторонних, до чуждых ей факторов.

          Ещё раз: если какой-то атлет подойдёт на соревнованиях к судьям и на основании того, что у него, допустим, одна рука длиннее другой, потребует для себя неких преимуществ в оценивании его результата (положим, в каждом движении судьи должны засчитывать ему не реально показанный результат, а на десять килограммов больший), то его просто пошлют подальше. Если же подобных атлетов к судьям подойдёт сразу несколько человек, или даже окажется, что эти атлеты со своими требованиями составляют вообще большинство участников соревнований, то данным ребятам, скорее всего, скажут, что им с их претензиями лучше участвовать не в обычных соревнованиях с обычными правилами, а в каких-нибудь параолимпийских играх, имеющих особые правила и особое отношение к результатам.

          Вот и большой рост — он для подъёма штанги на выпрямленные кверху руки, фактически, тоже помеха, физический недостаток. Соответственно, делать высокому атлету какие-либо преференции, поблажки при учёте его результатов только на основании того, что ему, мол, бедняжке, трудно поднимать штангу из-за большего, чем у других атлетов, роста — это ошибка, это нарушение общепринятых правил оценивания тяжелоатлетических результатов. И потому на самом деле "рекордные результаты" "штангистов-тяжеловесов и атлетов более лёгких весовых категорий по" правильному показателю "отличаются" как раз достаточно сильно, гораздо значительнее, "чем на 4,5%".

          4,5% — это обнаруженная Каневским разница между оценкой результата легковеса, не имеющего никакой преференции, никакой надбавки, и оценкой результата тяжеловеса, получившего от самого же Каневского надбавку за то, что, мол, "штангисты тяжёлого веса имеют высокий рост (190 см и более)". Если данную некорректную, неправильную надбавку Каневского убрать, то разница в оценках легковесов и тяжеловесов станет равной не "4,5%", а существенно большей. То есть по уровню своих лучших результатов тяжеловесы на самом деле пока всё же сильно отстают от легковесов и средневесов.

          И последний раз — для тех, кого я так и не убедил. Супертяжеловесы в общем и целом отличаются от штангистов более лёгких весовых категорий не только бОльшим ростом, но также ещё и намного худшей техникой. Такого количества "коряг", как среди супертяжей, нет больше ни в одной весовой категории. Сия корявость техники, безусловно, заметно уменьшает уровень результатов супертяжей. Имей супертяжи хорошую технику, их результаты были бы несколько выше. То есть зафиксированные на соревновательных помостах результаты супертяжей могли бы быть больше — имей супертяжи лучшую технику. А вот средневесы в общей своей массе показывают хорошую технику, и, следовательно, их результаты не уменьшаются из-за корявостей техники. Возникает, стало быть, такой расклад: средневесы не теряют ни грамма своих результатов вследствие того, что у них хорошая техника, в то время как супертяжи из-за своей корявости теряют в результатах килограммы и десятки килограммов. Значит, точное сравнение сил средневесов и супертяжей вроде бы требует учёта корявости последних, требует делать при оценивании результатов супертяжей какие-то существенные поправки, прибавки. Так ведь получается, да?

          Тем, кто готов согласиться с данными рассуждениями, я рекомендую обдумать теперь вопрос о преференциях супертяжам за то, что они в среднем гораздо жирнее средневесов (ведь этот жир им, беднягам, приходится поднимать наряду со штангой, расходуя на это дополнительные силы), за то, что они в среднем тренируются меньше средневесов (а тренировались бы столько же, сколько средневесы — сразу прибавили бы в результатах) и т.д.

          И совсем последний раз: для отставания одного атлета от другого атлета всегда есть какие-то причины. Причин, оправданий неудачи всегда можно найти вагон и маленькую тележку. Если учитывать все причины неудачи, то есть отставания одного из атлетов, и делать в соответствии с ними поправки, то в этом случае оценка отстающего атлета окажется в точности равной оценке "опережающего" атлета. Но в тяжёлой атлетике существует общепризнанная договорённость, что при выставлении оценок за результат во внимание должны приниматься не все подряд причины отставания одного атлета от другого, а лишь одна причина — меньший собственный вес отстающего атлета. Остальные причины, подчас просто кардинальнейшим образом влияющие на силовой результат, имеется уговор игнорировать с формулировкой: "это личные проблемы самого атлета". Так что Каневский напрасно трудился, выдумывая и обосновывая свой якобы принципиально новый подход к оцениванию тяжелоатлетических результатов — вся новизна этого его подхода заключается только в нарушении общепризнанных правил.

          Вот десятая цитата из статьи Каневского:

          "Следует обратить внимание на то, что у спортсменов лёгких весовых категорий увеличение собственного веса сопровождается значительно большим приростом предельных результатов в рывке и толчке, чем у штангистов тяжёлых ВК.

          Этот факт является дополнительным подтверждением одного из общих законов биологии, согласно которому чем меньше собственный вес животного, тем больший вес оно может нести."

          Отмеченное Каневским возрастание относительной силы с уменьшением веса тела не является на самом деле ни "общим законом биологии", ни просто "законом биологии". На самом деле данная закономерность относится к епархии физики и представляет собой достаточно частное следствие из простого факта: вес пучка волокон (мускульных, канатных и пр.) зависит от его, пучка, объёма, а прочность на разрыв или сила сокращения — от площади поперечного сечения данного пучка. Объём пропорционален кубу линейных размеров, то есть представляет собой результат перемножения трёх величин, а площадь поперечного сечения пропорциональна квадрату линейных размеров, то есть представляет собой результат перемножения лишь двух величин. Вот и получается, что при уменьшении линейных размеров отношение квадрата к кубу увеличивается, то бишь относительная сила или относительная прочность (отношение прочности объекта к его весу) пучка волокон возрастает.

          Ещё раз с использованием примера. Допустим, имеется пучок волокон длиной, шириной и высотой в три сантиметра. Площадь сечения этого пучка — три умножить на три равно девяти квадратным сантиметрам. Объём этого пучка — три умножить на три и ещё раз на три равно двадцати семи кубическим сантиметрам. Отношение площади сечения (9) к объёму (27) равно девяти двадцать седьмым, то есть одной трети. Теперь рассмотрим пучок с размерами один сантиметр на один сантиметр и на один сантиметр (высота, ширина и длина). Площадь сечения данного пучка — один умножить на один равно одному квадратному сантиметру. А объём данного пучка — один умножить на один и ещё раз на один равно одному кубическому сантиметру. Отношение площади поперечного сечения данного пучка (1) к его объёму (1) равно единице. У первого же, втрое более длинного, высокого и широкого пучка волокон подобное соотношение было, напоминаю, равно одной трети. Одна треть в три раза меньше единицы. Вот и получается, что относительная сила (или относительная прочность) обратно пропорциональна размерам. И для того, чтобы прийти к этому простейшему выводу, не нужно обращаться ни к одной высосанной из пальца формуле Каневского.

          Вот одиннадцатая цитата из статьи Каневского:

          "В настоящее время мировой рекорд — 245 см — принадлежит кубинцу Сотомайору. Этот рекорд в последние годы не только никто не может превзойти, но даже приблизиться к нему никто не может , и этому может быть дано определённое объяснение.

          В прыжках в высоту решающее значение имеет высота выпрыгивания после отталкивания, зависящая от силы и скорости, которые атлет может сконцентрировать в этот момент. А такая высота, как мы уже писали ранее, не может быть больше 122 см при мышечной массе 50% от веса тела. Кроме того, имеет большое значение высота центра масс тела прыгуна от поверхности отталкивания, и чем выше рост атлета, тем больше высота центра масс тела.

          Поэтому высокорослые легкоатлеты с ростом около 200 см имеют решающее преимущество в этом виде спорта по сравнению с низкорослыми.

          Если сложить высоту выпрыгивания (в пределах 122 см) и высоту расположения центра масс тела в момент отталкивания (которая у высокорослых атлетов может быть около 140-150 см), то с учётом необходимой высоты центра масс над планкой для её свободного перелета предельный результат может быть около 255 см. Существующий мировой рекорд — 245 см — ненамного меньше предельно возможного результата, но прыгнуть в высоту в будущем, например, на 300 см для человека на Земле невозможно."

          Все предыдущие рассуждения Каневского наводили на мысли вроде бы о том, что под прыжком вверх наш незадачливый кандидат наук подразумевает прыжок вверх с места, прыжок без предварительного разгона, разбега, прыжок без предварительного накопления кинетической энергии. Процитированные же четыре абзаца заставляют усомниться в таких представлениях о концепции Каневского — в приведённых выше абзацах он написал уже о прыжках в высоту с разбега и именно к этому способу выполнения прыжка привязал свою "предельную" высоту выпрыгивания в 122 см.

          Вообще-то, очень похоже, что Каневский не прав и насчёт принципиальной предельности, непреодолимости для любого живого существа высоты в 122 см при прыжке без разбега. Имеются сведения (возможно, впрочем, недостаточно достоверные), что довольно крупные американские кошки пумы (кугуары, горные львы) могут прыжком с места преодолеть преграду высотой в 4 м (якобы без подтягивания тела). В этом случае высота подъёма центра тяжести пумы должна составить 4 м минус 1,5 м (это высота центра тяжести пумы в момент отрыва от земли) равно 2,5 м. Но даже если пума сначала только достаёт передними лапами до верха преграды, а затем забрасывает своё тело наверх за счёт дальнейшего его подтягивания, то тогда даже и в этом случае высота изначального подброса центра тяжести пумы составляет не меньше 1,5 м — что заметно превышает "предельные" 122 см Каневского.

          Что же касается легкоатлетического прыжка в высоту, то он очень мало похож на прыжок вверх с места: при легкоатлетическом прыжке в высоту атлет в момент отталкивания за счёт особого опирания толчковой ногой переводит энергию своего горизонтального движения, быстрого разбега, в энергию вертикального движения, подлёта. То есть, повторяю, легкоатлетический прыжок вверх происходит в значительной степени за счёт энергии, запасённой при разбеге, при разгоне. И если уж вести речь именно о такого рода прыжках, то тогда придётся упомянуть про абсолютных рекордсменов в выпрыгивании вверх — бутылконосых дельфинов. Есть совершенно достоверные и многократно подтверждённые факты, что бутылконосые дельфины в океанариумах перед толпами публики пролетают в прыжках сквозь обручи, нижние края которых устанавливаются на высоте 6 метров над водой. В подобной высоте выпрыгивания из воды, разумеется, нет ничего удивительного: дельфины под водой разгоняются по достаточно длинным траекториям из глубины бассейнов до скорости в 37-40 километров в час (10-11 м/сек) и вылетают с этой скоростью из воды. Скорости в 10-11 м/сек им как раз хватает для подлёта на высоту 5-6 м.

          Вот двенадцатая — последняя и самая большая цитата из статьи Каневского:

          "Анализируя вышеизложенное, следует, прежде всего, отметить, что у всех живых организмов имеется система противодействия земному притяжению, которую можно назвать гравитационным иммунитетом (ГИ).

          Биофизический механизм гравитационного иммунитета может быть следующим. Под влиянием притяжения Земли в центральной нервной системе формируется способность создавать нервные импульсы необходимой мощности и частоты, которые через мотонейроны спинного мозга иннервируют мышцы, сокращающиеся с необходимой силой для выполнения каких-то движений тела или отдельных его частей. Такая способность создавать пучки нервных импульсов большой мощности в основном задается генетически и может быть улучшена в процессе тренировочной деятельности. После большого объёма скоростно-силовой работы появляющееся утомление компенсируется восстановительными процессами в организме и, прежде всего, в результате функционирования эндокринной системы.

          Возможности процессов восстановления организма должны соответствовать объему силовой работы. По-видимому, гравитационный иммунитет варьирует способность организма к скоростно-силовой работе в зависимости от собственного веса тела организма.

          В спортивной гимнастике практикуется сгонка веса спортсмена непосредственно перед соревнованиями. В процессе тренировок со своим обычным весом спортсмен приобретает необходимый уровень скоростно-силовой подготовленности, позволяющий выполнять многие скоростно-силовые элементы легче, чем во время тренировок. Но через некоторое время после соревнований скоростно-силовой уровень уменьшается соответственно уменьшению веса тела спортсмена.

          В тяжёлой атлетике также отмечается улучшение скоростно-силовых качеств после сгонки веса перед соревнованиями.

          В других видах спорта (фигурном катании, лёгкой атлетике, хоккее) существует практика использования специальных дополнительных отягощений на ногах, пояснице в тренировочном процессе. Выполняя соревновательные упражнения уже без дополнительных отягощений, спортсмены приобретают как бы дополнительное увеличение скоростно-силовых качеств, как и гимнасты.

          Это явление наблюдается и у космонавтов, находящихся на околоземной орбите, но только в том смысле, что через некоторое время силовые качества человека постепенно уменьшаются и, как мы уже писали ранее, даже снижается объём мышечной массы.. В этом случае гравитационный иммунитет постепенно уменьшает мощность нервных импульсов, управляющих скоростно-силовыми возможностями нервно-мышечной системы, соответственно уменьшается и мышечная масса.

          Когда американские астронавты находились на поверхности Луны, все мы видели, как они, нагруженные тяжелыми скафандрами, после лёгкого отталкивания могли далеко перемещаться. Происходило это потому, что притяжение Луны в шесть раз меньше, чем Земли, и в таких условиях гравитационный иммунитет еще сохранял земной скоростно-силовой потенциал. Можно предположить, что если астронавты могли бы находиться на поверхности Луны значительно больше времени, то гравитационный иммунитет постепенно уменьшил бы их скоростно-силовой потенциал до соответствующего лунному притяжению...

          ...Приведенные примеры показывают, что гравитационный иммунитет может изменять способность организма проявлять скоростно-силовые качества в зависимости от веса тела и условий его функционирования.

          По-видимому, в центральной нервной системе и, прежде всего, в головном мозге имеется орган, реагирующий на изменение силы земного притяжения. Это может быть гипофиз, гипоталамус или какой-то другой орган, который при изменении силы земного притяжения вырабатывает специальные гормоны, воздействующие на соответствующие двигательные центры головного мозга для управления мощностью генерации нервных импульсов, которые в свою очередь и активируют мышцы к сокращению с нужной силой.

          Из вышеизложенного можно сделать следующие выводы.

          Организм каждого живого существа на Земле обладает гравитационным иммунитетом, который формирует потенциально-максимальный уровень скоростно-силовых качеств в зависимости от силы притяжения Земли...

          ...Предлагаемая теория о существовании гравитационного иммунитета человека и животных может быть одним из общих законов биологии."

          Если выражаться словами самого Каневского, то "Анализируя вышеизложенное, следует, прежде всего, отметить, что у всех живых организмов" и в помине нет такой системы "противодействия земному притяжению, которую можно назвать гравитационным иммунитетом (ГИ)." Пресловутый "гравитационный иммунитет" Каневского — это не более чем плод его необузданной фантазии, разгорячённой к тому же навязчивым желанием во что бы то ни стало открыть ещё какой-нибудь "один общий закон биологии".

          Что это, вообще, такое — иммунитет? Иммунитетом называется один из механизмов противодействия чужеродным биологическим образованиям. Гравитационный иммунитет Каневского — это, по идее, тоже некий механизм противодействия, противостояния. Но только не чужеродным веществам, а гравитации. То есть "ГИ" Каневского — это такой механизм, который чутко следит за гравитационной обстановкой вокруг живого существа с тем, чтобы максимальная скорость отталкивания у живого существа, приспособившегося к имеющемуся уровню силы тяжести, не превышала 4,9 м/сек. Если сила гравитации не меняется, то гравитационный иммунитет мускулы не ослабляет, но если она уменьшается или исчезает — "ГИ" ослабляет мышцы до оптимальных для организма значений физической силы. Похоже, что сбивчивые писания Каневского понимать надо именно так.

          Однако все вышеописанные придумки Каневского не соответствуют действительности. Мышцы реагируют своим ослаблением-усилением вовсе не на наличие или отсутствие вокруг организма гравитации, нет. Своим ослаблением-усилением они реагируют на присутствие-отсутствие самой физической нагрузки (которая, надо признать, и в самом деле чаще всего бывает как-то связана с гравитацией). У космонавтов мышцы ослабевают вовсе не из-за отсутствия конкретно самой гравитации, а из-за отсутствия обычных для земных условий нагрузок. Впрочем, понятно, что человек и на Земле, в условиях воздействия на него нормальной гравитации, может создать себе длительные безнагрузочные условия — и тогда его мышцы ослабнут не в меньшей степени, чем в космосе, в невесомости. Например, всего лишь после трёх суток неподвижного лежания на больничной койке (допустим, после операции аппендэктомии) люди начинают испытывать весьма заметные затруднения в простой ходьбе.

          Соответственно, все псевдоглубокомысленные предположения Каневского типа

          "...под влиянием притяжения Земли в центральной нервной системе формируется способность создавать нервные импульсы необходимой мощности и частоты"

или

          "По-видимому, в центральной нервной системе и, прежде всего, в головном мозге имеется орган, реагирующий на изменение силы земного притяжения. Это может быть гипофиз, гипоталамус или какой-то другой орган, который при изменении силы земного притяжения вырабатывает специальные гормоны"

лишены какой-либо реальной основы. Для этих предположений Каневского просто нет почвы, явление ослабления-усиления мышц прекрасно объясняется без всех этих лукавых мудрствований на пустом месте.

          Ну, а про спортивных гимнастов и штангистов, якобы практикующих перед соревнованиями сгонку веса для того, чтобы отметить "улучшение скоростно-силовых качеств", Каневский написал вообще зря (он, судя по всему, просто не имел представления, о чём писать в своей статье, и потому притягивал за уши все более-менее близкие к заявленной теме факты). Что касается штангистов, то они часами парятся в бане перед соревнованиями только для того, чтобы вписаться в рамки определённой весовой категории именно на момент проведения процедуры взвешивания. А сразу по прохождении взвешивания все сгонщики быстренько напиваются и отъедаются. Только после этого благословенного момента ими и "отмечается улучшение скоростно-силовых качеств". У гимнастов же перед соревнованиями никогда не "практикуется сгонка веса" в точном смысле этого слова. Гимнасты (равно как и легкоатлеты типа бегунов и прыгунов) не гоняют вес перед соревнованиями, то есть не уменьшают его резко и значительно какими-либо специальными средствами (тем более, только для того чтобы ощутить "улучшение скоростно-силовых качеств"). Гимнасты свой вес перед соревнованиями всего лишь придерживают — снижают потребление продуктов питания и воды, переходят на более лёгкий рацион и т.п.


          Заканчивая критику статьи Владлена Каневского, я вынужден всё же признать, что его необоримое и нескрываемое стремление открыть хоть какой-нибудь "общий закон биологии" — в целом вполне похвально. К сожалению, для решения указанной амбициозной задачи кандидату наук Каневскому пока заметно не хватает образования — прежде всего, конечно, обычного школьного. Однако я твёрдо уверен, что старшего научного сотрудника Лаборатории фундаментальных проблем теории физической культуры и прочая, и прочая, и прочая, на учёбу без отрыва от работы (самой что ни на есть научной, ясное дело) с готовностью примет любая районная ШРМ.

возврат

[на главную страницу]

Архив переписки

Форум


 

Free counters!