Тренировки Владислава Луканина

Тема: Тренировки Владислава Луканина
Автор: Чумбурмучка
Дата: 18/07/2005 10:11

          На форуме "Проблем тяжёлой атлетики" как-то раз обсуждался вопрос о тренировках Луканина. Упоминалась и статья в журнале "Олимп". Не мог бы кто-нибудь выложить текст этой статьи? Или хотя бы кратко изложить основные её моменты, если первое невозможно?

Тема: Мы идём другим путём
Автор: Валерий Луканин
Дата: 20/07/2005 09:36
Мы идём другим путём

          О Владиславе Луканине всерьёз заговорили в 1996 году, когда он в одиннадцатилетнем возрасте выполнил мастерский норматив по тяжёлой атлетике. Случай уникальный! В российской тяжёлой атлетике специалисты ничего подобного не припоминают.

          В 1998 году на первенстве России среди юношей в Горячем Ключе вице-президент ФТАР Вячеслав Клоков вручил Владиславу Луканину удостоверение и значок мастера спорта. Как говорится, награда искала героя два года. Но в этом никто не виноват. Всё объясняется просто: Единая спортивная классификация предусматривает присвоение звания мастера спорта в мужской тяжёлой атлетике лишь с четырнадцати лет...

          С Владиславом Луканиным и с его отцом и тренером, мастером спорта Валерием Луканиным, побеседовал Владимир Салтыков.

Владимир Салтыков (B.C.): — Валерий Дмитриевич, сколько лет Владислав занимается тяжёлой атлетикой?

Валерий Луканин (Тренер): — Половину жизни.

B.C.: — Владислав, расскажи, как всё началось.

Владислав Луканин (Спортсмен): — Это было давно. Шесть лет назад. Сначала просто ходил к папе в зал, потом стал тренироваться.

B.C.: — Заниматься тяжёлой атлетикой тебе предложил отец?

Спортсмен: — Я сам принял это решение.

B.C.: — Шесть лет тренировок — это достаточно много. Не устал?

Спортсмен: — Штанга мне не надоедает. Мне нравится тренироваться.

B.C.: — Валерий Дмитриевич, случай с вашим сыном — уникальный. Может быть, во всём "виновата" генетика?

Тренер: — Не думаю. Я объясняю результаты сына хорошей переносимостью нагрузок, быстрым восстановлением. Да и стаж тренировок у Владика большой. Он ведь не сразу стал много поднимать. Начинали с маленьких весов. Сейчас у него и связки крепкие, и мышцы сильные. Поэтому я не считаю, что он поднимает большие для себя веса.

B.C.: — У вас уже был подобный опыт работы до занятий с сыном?

Тренер: — Нет. Признаюсь, я боялся начинать тренировать в таком возрасте. Но сегодняшние результаты Владика позволяют мне говорить о пользе ранней специализации. Страшного в этом ничего нет. Данные обследования во врачебно-физкультурном диспансере свидетельствуют о том, что со здоровьем у Владика всё в порядке. Я считаю, что начинать заниматься тяжёлой атлетикой можно с семи-восьми лет.

B.C.: — He рано ли делать такие выводы?

Тренер: — Конечно, пока это единичный известный случай. Но эксперимент продолжается. Рано приступил к тренировкам и мой племянник Игорь Луканин, правда, чуть позднее, чем Владик. Сейчас ему двенадцать лет. Он кандидат в мастера спорта. Отклонений в здоровье нет. Я знаю, что нашему примеру последовали в Горячем Ключе. Там мальчишки тренируются даже с шести лет.

B.C.: — Какие упражнения вы рекомендуете выполнять в этом возрасте?

Тренер: — Мы больше занимались ОФП: много прыгали, подтягивались на перекладине, играли в футбол и в другие подвижные игры. Выполняли приседания в рывковом хвате, работали с грифом над техникой.

B.C.: — Ваша методика чем-нибудь отличается от общепринятой?

Тренер: — Да, отклонения от общепринятой методики есть. Мы идём другим путем. Тренируемся пять-шесть раз в неделю. Количество упражнений в тренировке — два-три. Количество повторений в подходе — не более двух. Подъёмы в основном одноразовые. На максимальных весах. Основные упражнения — соревновательные: рывок и толчок. Один день тренируем рывок, другой — толчок, третий — рывок и толчок вместе. Немного тяг и приседаний. Владик вообще не приседает со штангой на спине, только на груди.

B.C.: — Вы планируете тренировочный процесс?

Тренер: — Я намечаю для себя план на неделю. На более длительный период планировать невозможно: неизвестно, что может случиться.

B.C.: — Как вы думаете, в какой категории будет выступать Владик, когда повзрослеет?

Тренер: — К восемнадцати годам, я думаю, он будет весить восемьдесят пять килограммов.

B.C.: — Владислав, какая у тебя мечта?

Спортсмен: — Выполнить норматив "международника".

B.C.: — В какой категории?

Тренер:Планируем 115 + 137,5 через год-полтора в категории 56 килограммов. Это немного для Владика. Надо ещё семь килограммов веса набрать.

B.C.: — Владислав — рекордсмен России в своей возрастной группе. А личные рекорды он устанавливает на тренировках или на соревнованиях?

Тренер: — На соревнованиях мы не подходим к предельным весам. На тренировках он поднимает больше. Плохо, что соревноваться приходится в гордом одиночестве. Нет соперников, нет борьбы. В прошлом году готовились к первенству Европы, приехали в Татабанью и не выступали...

B.C.: — Почему так получилось, ведь Владислав был заявлен?

Тренер: — По поводу допуска с ЕВФ разговаривал Игорь Иванович Никитин, но окончательное решение могло быть принято только в Венгрии. Мы поехали на свой страх и риск. В Татабанье, к сожалению, разговора не получилось: никто из членов нашей делегации, в том числе и руководитель, не знал английский. Переводчика же не было... Владик выступал в разминочном зале и поднял больше победителя. Обидно.

B.C.: — Вы расстроились?

Тренер: — Нет. Чего расстраиваться? Всё впереди.

B.C.: — По возрасту Владислава ещё долго могут не допускать к крупным соревнованиям. Какие шаги, на ваш взгляд, надо предпринять? Выступал же Наим Сулейманов в пятнадцать лет в чемпионате мира и бил мировые рекорды...

Тренер: — Если Федерация тяжёлой атлетики России не решит этот вопрос, то в этом году наша ситуация может повториться. Я думаю, возможности со стороны ФТАР не исчерпаны.

B.C.: — Владислав, ты привлекался к подготовке в сборной команде России. Как ты себя чувствовал на сборе?

Спортсмен: — Мне на сборе понравилось.

Тренер: — Мы договорились со старшим тренером Авсетом Авсетовым, что будем тренироваться по своей методике. Хорошо, что он доверяет личным тренерам.

B.C.: — Как относится к занятию сына тяжёлой атлетикой мама?

Тренер: — Мама нам не препятствует. Напротив, даже содействует тренировкам: по просьбе сына готовит ему любимые блюда.

B.C.: — Владислав, что тебе особенно нравится из маминых рецептов?

Спортсмен: — Мама готовит очень вкусно. Но особенно я люблю жареную курицу.

Тренер: — Он готов есть это каждый день.

B.C.: — Какую роль, на ваш взгляд, играет питание?

Тренер: — В тяжёлой атлетике, да и вообще в спорте, питание — это самое главное. Важно знать содержание в продуктах не только витаминов и микроэлементов, но и энергетическую ценность. Сейчас достаточно продуктов для полноценного восстановления.

B.C.: — А искусственными восстановителями пользуетесь?

Тренер: — В зимний период, когда снижается содержание витаминов в овощах и во фруктах, применяем поливитамины и биодобавки. Это надо делать обязательно.

B.C.: — В вашей семье кроме Владислава есть дети?

Тренер: — У нас есть дочь, она старше Владика.

B.C.: — Вы рекомендовали бы ей заняться тяжёлой атлетикой?

Тренер: — Нет. На мой взгляд, тяжёлая атлетика — вид спорта не для женщин.

B.C.: — Уделяет ли внимание тяжёлой атлетике администрация Сочи?

Тренер: — Уделяет, но очень мало. У нас есть победитель юношеского первенства Европы Владислав Яркин. Он в восемнадцать лет показывает результаты на уровне "международника". Есть много перспективных ребят. Но только внимания к ним, к сожалению,нет. Зал, в котором мы тренируемся, не отвечает элементарным требованиям. Как и везде, в Сочи большое внимание уделяется футболу. Спасибо, нашлись спонсоры, которые помогают. Сейчас нам гораздо легче.

B.C.: — Если будут предложения, то вы уедете в другой город, где есть условия?

Тренер: — Спрашивайте у Владика, ему решать.

Спортсмен: — Я никуда не поеду.

B.C.: — Как вы относитесь к идее вице-президента ФТАР Вячеслава Клокова построить несколько региональных центров по подготовке резерва?

Тренер: — Меня очень радует понимание Вячеславом Ивановичем проблем развития тяжёлой атлетики в России. Его подход к делу — умный и дальновидный. Если в открытых им центрах соберутся действительно сильнейшие молодые спортсмены, то будет конкуренция. И, значит, результаты будут выше, и тренерам будет чему поучиться друг у друга.

B.C.: — А у кого перенимаете опыт вы?

Тренер: — Анализируя свой опыт, я пришёл к выводу, что тренировочный процесс подготовки юношей должен быть другим. Я не согласен с некоторыми рекомендациями Леонида Дворкина. Что-то можно взять из его книги, но нам многое не подходит.

B.C.: — Как вы оцениваете самочувствие спортсмена?

Тренер: — Если нет сонливости, вялости, если спортсмен в состоянии поднять веса, близкие к максимальным, то, значит, его организм восстановился после вчерашней тренировки.

B.C.: — Владислав, у тебя бывает, что не хочется тренироваться?

Спортсмен: — Пока не было.

B.C.: — Отец так хорошо чувствует сына?

Тренер: — Лучшего отдыха, чем сон, природа не придумала. Владик спит столько, сколько нужно его организму для восстановления: двенадцать, четырнадцать, шестнадцать часов подряд...

B.C.: — Как Владислав чувствует себя перед выступлением?

Тренер: — Волнения я не замечал.

B.C.: — Накануне выступления тренируетесь?

Тренер: — Всё зависит от условий. Тренироваться накануне или нет — не имеет значения, если спортсмен хорошо подготовлен.

B.C.: — Владислав, у тебя есть кумир в тяжёлой атлетике?

Спортсмен: — Мне нравится, как выступают Наим Сулейманоглу, Пиррос Димас и Андрей Чемеркин.

B.C.: — Сочетать учёбу и ежедневные тренировки трудно?

Спортсмен: — С учёбой всё нормально. Теперь времени будет больше: я окончил музыкальную школу.

B.C.: — Поздравляю. Каким инструментом ты овладел?

Спортсмен: — Я учился по классу скрипки.

B.C.: — Какие произведения классической музыки тебе нравятся?

Спортсмен: — Разные. Больше нравятся произведения Бетховена.

B.C.: — Занятия музыкой не помешали спорту — это очевидно. А тренировки с отягощениями не повлияли на подвижность пальцев?

Спортсмен: — Я не почувствовал.

B.C.: — Собираешься продолжить музыкальное образование?

Спортсмен: — Пока нет. Продолжу тренироваться, а дальше будет видно.

B.C.: — От имени читателей "Олимпа" поздравляю вас с долгожданным присвоением звания "мастер спорта" и желаю дальнейших успехов.

Тренер: — Спасибо. Пусть журнал "Олимп" существует как можно дольше и радует нас новыми материалами. Мы его всегда с нетерпением ждём и с удовольствием читаем. Луканин Луканин

Тема: Re: Тренировка Владислава Луканина
Автор: Составитель
Дата: 20/07/2005 09:40

          Вот самый интересный, на мой взгляд, кусок текста:

"B.C.: — Как вы оцениваете самочувствие спортсмена?

Тренер: — Если нет сонливости, вялости, если спортсмен в состоянии поднять веса, близкие к максимальным, то, значит, его организм восстановился после вчерашней тренировки."

          Всё правильно: если поднял максимальный вес, то, значит, восстановился после вчерашнего, значит, так уж и быть, можешь чуток потренироваться.

Тема: Re: Тренировка Владислава Луканина
Автор: Warrax
Дата: 28/07/2005 16:33

          А вот интересно, можно ли так тренироваться в пауэрлифтинге? Или это только подходит для тренировки в темповых упражнениях?

Тема: Re: Тренировка Владислава Луканина
Автор: Чумбурмучка
Дата: 29/07/2005 16:24

          Почему бы и нет? Ведь между пауэрлифтингом и тяжёлой атлетикой разница невелика. Более того. Думаю, по такому принципу можно тренироваться и в других видах спорта — например, в лёгкой атлетике.

Тема: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: VadimPro
Дата: 31/07/2005 22:15

          Несмотря на то, что нет времени на подробные разъяснения, да и не хотелось бы раскрывать все карты, до того, как опубликую свою вторую статью из нового цикла, но я вставлю пару строк в дискуссию.

          Разница между тяжёлой атлетикой и пауэрлифтингом значительно больше, нежели это можно было бы себе представить (я сам до недавнего времени не осознавал данного факта). И отмеченная разница — принципиальна, в отличие от схожести, которая лишь внешняя: и там и там поднимают штангу. Разница эта заключается не только в несхожести скоростей подъёма снаряда (хотя и это различие с точки зрения нагрузки весьма существенно). Нет, дело в том, что в классических тяжелоатлетических движениях практически отсутствует фаза опускания снаряда, за исключением, пожалуй, фазы торможения штанги в подседе (да и та коротка по амплитуде растяжения мышцы в момент удержания опускающегося снаряда в отличие от амплитуды растяжения, например, мышц ног при опускании штанги в пауэрлифтёрском приседе). И мало того, что в тяжелоатлетических движениях сравнительно невелика фаза опускания снаряда, так ещё и при многократных повторениях упражнения в одном подходе тяжелоатлеты штангу, как правило, бросают на помост, а не медленно опускают, как это происходит в многоповторных приседах, жимах и даже тягах в пауэрлифтинге (в пауэрлифтинге даже в тягах штангу не принято бросать). На первый взгляд это различие кажется пустяковым, и на него никто, как правило, не обращает внимания (во всяком случае, я не слышал, чтобы этому нюансу кто-либо придавал какое-то значение).

          Для осознания того, насколько принципиально это различие, предлагаю всем желающим попробовать в станке для жима ногами поднимать платформу двумя ногами, а опускать только одной ногой, например левой, и поработать так в повторениях, эдак, десяти до отказа мышц. Потом поделитесь впечатлениями об ощущениях в ногах опускавших и не опускавших вес.

          На всякий случай советую не делать более одного подхода, иначе ощущения могут превзойти все ожидания, а ещё лучше экспериментировать с относительно маленькими мышцами, которых не жалко, например с бицепсом (если есть тренажёр, в котором можно было бы поднимать вес двумя руками, а опускать одной).

          После эксперимента можно будет вернуться к обсуждению вопроса о схожести тяжёлой атлетики и пауэрлифтинга.

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: Чумбурмучка
Дата: 01/08/2005 10:32

          Ну и что? Какой в этом практический смысл? Увеличивается время восстановления? Но ведь общие принципы тренировки, тем не менее, остаются однаковыми...

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: VadimPro
Дата: 03/08/2005 14:23

          Уважаемый Чумбурмучка, Вы правы, различие между тяжёлой атлетикой и пауэрлифтингом заключается, прежде всего, во времени восстановления после тренировок.

          Как правило, восстановление после тяжелоатлетических тренировок наступает значительно быстрее, чем после пауэрлифтёрских. Соответственно, и структура микроциклов в тяжёлой атлетике и пауэрлифтинге должна отличаться. Что иногда можно видеть на практике. Так, у ряда пауэрлифтёров даже самого высокого класса (например, у Фомина) частота тренировок кардинально отличается в меньшую сторону от частоты тренировок тяжелоатлетов.

          Но в отношении изначального вопроса важна не частота тренировок (тут действительно нет никаких принципиальных отличий: можно тренироваться реже, но при этом степень восстановления перед началом тренировки определять так же, как это делает Луканин, то есть идя до начала тренировки на околопредельные веса). Однако различие между выходом на предельный вес в тяжёлой атлетике и пауэрлифтинге состоит как раз в том, что в тяжёлой атлетике нужно попробовать разогнать принципиально не предельный (для мышц) вес до нужной скорости — и если не пойдёт, не хватит сил для разгона, то можно бросить штангу на пол и уйти из зала. В пауэрлифтинге же нужно сначала опустить предельный вес, а уж только затем пробовать его поднять.

          Эксперименты показывают, что даже однократное растяжение активированного мышечного волокна (то есть волокна, пытающегося сократиться — а именно это и происходит с волокнами, участвующими в опускании веса) быстрого типа приводит к его повреждению (понятно, что чем больше таких растяжений, тем сильнее повреждения). Медленные низкопороговые мышечные волокна в основном устойчивы к растяжению и практически не повреждаются, поэтому опускание лёгких весов в обычной жизни происходит чаще всего без каких-либо последствий для мышц. Но при опускании предельных весов силы таких устойчивых к повреждению волокон оказывается недостаточно, и в работу включаются быстрые волокна — а вот их повреждение даже от одного-единственного акта растяжения весьма вероятно.

          Потому выход на предельный вес в пауэрлифтинге не столь безобиден, как в тяжёлой атлетике. Тут частично спасает экипировка пауэрлифтёров, которая поддерживает штангу при опускании и частично снимает нагрузку с мышц. Но упаковываться перед каждой тренировкой, чтобы испытать степень своего восстановления — это нереально. Конечно, можно попытаться привыкнуть к опусканию предельных весов (дабы это опускание не приводило к повреждениям мышц и не требовало последующего длительного восстановления) и делать это на каждой тренировке без особых последствий, однако такая адаптация быстрых волокон связана с их внутренними перестройками, делающими их близкими по свойствам к медленным волокнам — а это, в свою очередь, уменьшает силу данных волокон при работе в обычном, то есть сократительном режиме. Так что привыкание быстрых волокон к опусканию веса противоречит стремлению пауэрлифтёров (а уж тяжелоатлетов тем более) развить максимальную силу именно в подъёме веса.

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: Составитель
Дата: 08/08/2005 17:22

          Уважаемый Вадим, в своей реплике от 03/08/2005 14:23 Вы, в частности, написали:

"...можно тренироваться реже, но при этом степень восстановления перед началом тренировки определять так же, как это делает Луканин, то есть идя до начала тренировки на околопредельные веса".

          Это представление о тренировках Владислава Луканина Вы, судя по всему, получили, прочитав следующие слова Валерия Луканина:

          "Если нет сонливости, вялости, если спортсмен в состоянии поднять веса, близкие к максимальным, то, значит, его организм восстановился после вчерашней тренировки."

          Похоже, Вы стали жертвой либо оговорки Валерия Луканина, либо ошибки Салтыкова, который, возможно, в спешке не выловил эту "блоху" из первоначального, необработанного текста интервью.

          Я специально обратил внимание всех посетителей данного форума на эту забавную оговорку, но, судя по всему, моя насмешка

          "Всё правильно: если поднял максимальный вес, то, значит, восстановился после вчерашнего, значит, так уж и быть, можешь чуток потренироваться".

оказалась слишком сильно завуалированной.

          В реальности нормальные тренеры, конечно же, никогда не используют максимальные веса в качестве индикатора самочувствия спортсмена.

Тема: Уф, от сердца отлегло...
Автор: VadimPro
Дата: 11/08/2005 15:43

          Уважаемый Составитель, Ваше последнее разъяснение о том, что выходить на максимальные веса каждый день не принято даже в тяжёлой атлетике, меня несколько успокоили.

          Поначалу у меня была мысль, что Ваши слова, написанные как бы от имени Валерия Луканина

          "Всё правильно: если поднял максимальный вес, то, значит, восстановился после вчерашнего, значит, так уж и быть, можешь чуток потренироваться".

носят провокационный характер. Но последующие вопросы участников дискуссии притупили мою бдительность, и я решил, что Warrax и Чумбурмучка пишут в том числе и об этой "особенности" тренировок Владислава Луканина. Я подумал: чем черт не шутит, может быть, Владислав Луканин и вправду так тренируется, и это сходит ему с рук?

          Способствовали моей доверчивости ещё и вот эти слова тренера из процитированной Вами статьи:

          "На соревнованиях мы не подходим к предельным весам. На тренировках он поднимает больше."

          Данные слова могут свидетельствовать как об осторожности тренера, так и о том, что тренер как-то особо Луканина к соревнованиям не готовит. Базовый уровень развития Луканина позволяет ему побеждать и без выхода на пик формы. А это, в свою очередь, свидетельствует о том, что понятие "максимальный вес" у интервьюера может быть несколько девальвировано. И максимальным весом называется не действительно предельный результат, достигаемый именно на соревнованиях, который затем ещё и не всегда удаётся повторить, а некий околомаксимальный вес, который Луканин способен поднять, будучи более-менее отдохнувшим.

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: Warrax
Дата: 05/08/2005 23:57

          Уважаемый Вадим, но ведь совсем необязательно делать рабочие "сессии" (оригинальный болгарский термин) часто. Можно заниматься трижды в неделю, однако работать в тройке на околомаксимальных весах. Кроме того, Вы забываете, что болгарская система предусматривает обязательное выполнение приседаний, но со штангой на груди, то есть выполнение не только типично темповых упражнений.

          Проблема здесь заключается, на мой взгляд, в том, что возникает такое заболевание, как перетренированность ЦНС. В принципе, оно в какой-то мере излечимо — если горстями принимать бензодиазепины и ноотропы. Восстановление же мышечных волокон — это проблема не первой важности. Попробуйте потренироваться в одном случае в приседаниях на 20-30 повторений, а в другом случае в трёх рабочих подходах по одному повтору. Мышечная боль и контрактура будут только в первом случае. Работа с максимальными весами, как Вы отмечали в своей статье, — это, преимущественно, тренировка ЦНС, вот она-то и страдает сильнее всего.

          В тренировке Луканина мы, видимо, не замечаем одной важной особенности: возраста атлета. Умение мобилизовать восстановительные способности растущего организма + химия = успех методики. Точно так же все болгарские атлеты начинают заниматься очень рано, не как у нас принято.

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: VadimPro
Дата: 07/08/2005 12:42

          Уважаемый Warrax, отмечая, что восстановление после тяжелоатлетических тренировок наступает быстрее, чем после тренировок пауэрлифтёров, я не случайно предварил это своё утверждение словами "как правило". То есть я вполне отдаю себе отчёт в том, что включением в тренировку большого количества вспомогательных упражнений из арсенала пауэрлифтёров и бодибилдеров (всевозможных жимов, приседов и пр.) можно получить такую тренировку тяжелоатлета, которая ничем не будет отличаться от тренировки того же пауэрлифтёра.

          Но на практике такой подход к тренировкам у тяжелоатлетов всё-таки довольно редок. Основу тяжелоатлетических тренировок у тех же болгар, думаю, (я плохо знаком с содержанием их тренировок) составляют именно рывковые и толчковые движения. А один присед со штангой на груди — это всё же не то, что вся тренировка пауэрлифтёров, проведённая в таком режиме.

          Я слышал даже, что многие тренеры "гоняют" молодых штангистов за попытки немного "покачаться".

          Что же касается утомления ЦНС, то тут между тяжёлой атлетикой и пауэрлифтингом тоже есть различия. Я хотел об этом написать ещё в первом сообщении, но не сделал этого, наверное, потому, что завёл речь о принципиальных различиях между тяжёлой атлетикой и пауэрлифтингом — а различие в нагрузке на ЦНС между тяжёлой атлетикой и пауэрлифтингом не качественное, а, скорее, количественное (поясню ниже).

          Прежде всего, нужно отметить, что максимальное активирование ЦНС происходит не только при работе с предельными весами. Например, при прыжках легкоатлета последний также максимально активирует свою ЦНС, стремясь выполнить максимально мощные мышечные сокращения. Максимально активируют ЦНС и метатели тех или иных снарядов. Более того, совершая жим лёгкой штанги, но стремясь поднимать штангу как можно быстрее (это так называемые скоростные жимы, применяемые в пауэрлифтинге, например, клубом "жимовиков" Сименса), тот же пауэрлифтёр активирует свою ЦНС по максимуму. Вместе с тем заявлений от спортсменов о высокой потребности в отдыхе после тренировок без отягощения или тренировок с лёгким весом, как правило, не слышно. Почему? В чём отличие скоростного движения с лёгкой штангой от упражнений с предельным или околопредельным весом, ведь максимально напрягать ЦНС можно в обоих случаях? Отличий тут два.

          Первое — это всё то же наличие и отсутствие более-менее объёмной работы мышц в уступающем режиме. При всевозможных прыжках и бросках работа такого рода почти не совершается, хотя некоторые мышцы и работают в уступающем режиме и при прыжках (в предпрыжковой фазе) и при последующем торможении разогнанной руки (в метаниях) — но в целом это, конечно, мелочи. При жиме лёгкого веса картина примерно та же: максимальное усилие развивается только при подъёме веса — опускать же лёгкую штангу не составляет никакого труда.

          Второе различие — в длительности максимального активирования ЦНС при прыжках, рывках и толчках, скоростных жимах и т.д. Да, ЦНС активируется тут максимально, но всего лишь на доли секунды. При выжимании же предельного веса максимальное напряжение может продлиться до нескольких секунд. Поскольку основная нагрузка на ЦНС заключена в расходе ацетилхолина — медиатора передачи сигнала в нервных синапсах, то понятно, что чем больше длится активирование нервной системы, тем больше оказывается и её утомление.

          Теперь отвечу на Ваше замечание о том, что после двадцати-тридцати приседаний посттренировочная боль будет больше, чем после единичных приседаний с максимальным весом. Это утверждение совершено справедливое, но из него вовсе не следует, что при работе с максимальными весами повреждения мышц не происходит. Тем более что до движения с максимальным весом ещё нужно добраться и работу с максимальным весом предваряет серия движений, включающих в себя опускание снаряда, с достаточно большими весами. Именно утверждения ряда спортсменов о том, что в некоторых ситуациях они ощущали постренировочную боль после работы в режиме одного-трёх повторений с максимальным весом, а также собственные наблюдения такого рода более всего и настораживали меня, когда я находился на позициях своей первой концепции (от части положений которой я был вынужден отказаться ввиду знакомства с данными ряда экспериментов, не согласующимися с моей теорией).

          Объяснение связи между работой до утомления и посттренировочной болью оказалось куда проще, чем я предполагал. Заставить высокопороговые быстрые волокна включаться в работу по опусканию веса (работу для них не привычную, к которой они по своему строению не готовы) можно не только подняв, а затем опустив предельный вес, но и просто доведя низкопороговые волокна до утомления — тогда их сила становится недостаточной для поддержания опускаемого веса и в работу по опусканию веса включаются высокопороговые волокна.

          Знаете, как бывает при подъёме штанги на бицепс: доведёшь мышцу до такого состояния, что штанга уже начинает выпадать из рук? Вот во время такого опускания даже относительно лёгкой штанги на пределе сил и повреждаются высокопороговые волокна. Так что для того, чтобы повредить мышцы, нужно либо сразу опускать предельные веса (в это опускание сразу включаются неподготовленные высокопороговые волокна), либо относительно лёгкими весами утомить волокна, адаптированные к работе в уступающем режиме, и заставить включиться в опускание веса неподготовленные быстрые волокна. Причём в последнем случае добиться желаемого результата легче, так как число актов растяжения волокон оказывается выше, чем в случае единичных растяжений при работе с околомаксимальным весом.

          Впрочем, Вы, уважаемый Warrax, может быть, и правы — то есть опасность регулярного выхода на максимальные веса в пауэрлифтинге заключена не столько в наличии фазы опускания веса, сколько в длительности максимальной активизации ЦНС.

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: Чумбурмучка
Дата: 08/08/2005 09:41

          Уважаемый Вадим, не могли бы Вы немного подробней рассказать о процессах, происходящих в ЦНС при максимальном усилии в негативной и позитивной фазе? Какие вещества, кроме ацетилхолина, расходуются, какие изменения происходят в клетке, сколько времени уходит на восстановление?

Тема: Re: Эх, не хотел я встревать, но придётся...
Автор: VadimPro
Дата: 11/08/2005 15:01

          Уважаемый, Чумбурмучка, боюсь, что по Вашему вопросу я могу сообщить мало чего полезного. Во-первых, потому, что изучением проблемы генерации двигательных импульсов в ЦНС я специально не занимался (пока). Во-вторых, я по своему опыту знаю, что литературе труднее всего найти сведения, касающиеся именно временных аспектов тех или иных процессов. Что меня больше всего раздражает, так это то, что можно прочитать тома литературы, узнать всё о логике того или иного процесса, но так и не получить представления о его длительности, хотя бы даже приблизительной. Найти информацию о времени жизни мРНК, или того или иного вида белка, время деление миосателлитоцита, или время, необходимое для формирования миофибриллы "с нуля" — задача не для слабонервных.

          То, что восстановление нервной системы занимает длительное время, я слышал только в рассуждениях самих спортсменов (но на такие сведения я решил больше не опираться). Конкретные же исследования этого вопроса мне не попадались (вернее, я ещё специально не занимался поиском в этом направлении).

          Что касается веществ, расходуемых при передаче нервного возбуждения, то к таковым относится не только ацетилхолин — не во всех нервных путях медиатором (то есть веществом, передающим сигнал между двумя соседними нервными клетками) является ацетилхолин. В ЦНС есть нервные синапсы, передачу сигнала в которых осуществляет серотонин, дофамин, и ряд других веществ. Сколько требуется времени на восполнение запасов медиаторов после одного акта прохождения сигнала (одного выброса порции медиатора в синапс соседнего нервного окончания) — мне не известно. Кроме того, на передачу сигнала расходуется банальная энергия, то есть АТФ (основные потребители тут — ионные насосы, выкачивающие ионы из клетки после их туда проникновения при прохождении нервного импульса). Соответственно, усталость нервной системы может быть связана со снижением уровня АТФ, а также накоплением продуктов энергетического метаболизма (которые необходимо выводить из нейронов). Кроме того, на нейроны могут оказывать тормозящее воздействие (снижать возбудимость мембраны) некоторые вещества, с собственно нейронами не связанные, а вырабатывающиеся в других органах (я где-то слышал, что ряд веществ, связанных с утомлением мышц, может оказывать тормозящее воздействие на ЦНС).

          Вообще же, восполнение расходных материалов, вроде медиаторов передачи сигнала или запасов энергии, не должно занимать много времени (на мой взгляд, тут речь должна идти о часах, максимум — днях). Длительного восстановления обычно требует какого-либо рода повреждение ткани (например, то же повреждение мышечных волокон), о повреждениях же нейронов в результате их интенсивной активации я не слышал.

          Так что природа длительного торможения ЦНС после интенсивной нагрузке (о чём, повторяю мне известно только "понаслышке") мне не вполне ясна. Возможно, повторюсь, торможение ЦНС как-то связано с веществами, вырабатываемыми самими повреждёнными мышцами. То есть, может быть, ЦНС угнетает не сама активность ЦНС, а состояние организма в целом или мышц в частности.

          Что же касается различий в нарушении функций ЦНС после эксцентрических и концентричесих повторений, то буквально вчера мне попалось исследование, в котором зафиксировано большее снижение двигательного импульса, генерируемого ЦНС непосредственно после эксцентрических сокращений, чем после концентрических (то есть сразу после эксцентрических сокращений торможение ЦНС выше) — с чем это связано, пока тоже не ясно.


[на главную страницу]

Форум

Архив переписок

Копия архива переписок


Free counters!


Спорт глазами Мовлади Абдулаева, тренера 
тяжелоатлетов

Weightlifting database

Weightlifting database

Мир тяжелой атлетики

Железный мир

Силовые виды спорта в Твери и в Тверской области

Тяжёлая атлетика глазами Артура Шидловского

Польская штанга

Старые силовые Журналы США

Силачи прошлого и настоящего

Пауэрлифтинг от Петра Кравцова

Библиотека материалиста

Извлечённое из интернета